Статья посвящена сравнительному анализу изменений инвестиционных приоритетов BP, Shell, TotalEnergies и Equinor в 2022–2026 гг. Авторы исследования исходят из того, что энергетический кризис и изменение геополитических условий не отменили долгосрочные цели декарбонизации, но заметно изменили структуру корпоративного распределения капитала. На основе анализа годовых отчетов, стратегических документов и материалов для инвесторов сопоставляются динамика капитальных расходов, инвестиции в нефтегазовый бизнес и LNG, низкоуглеродные направления, производственные ориентиры и климатические цели четырех компаний. Показано, что усиление нефтегазового компонента носит неоднородный характер: от наиболее выраженной стратегической реориентации BP до сбалансированной мультиэнергетической модели TotalEnergies. Shell демонстрирует селективную концентрацию на наиболее доходных сегментах переходной энергетики, прежде всего LNG, тогда как Equinor корректирует первоначальные амбиции в отношении возобновляемой энергетики, сохраняя power business. В завершение исследования сделан вывод о том, что после 2022 г. речь идет не о полном отказе от энергетического перехода, а о перенастройке инвестиционного баланса под воздействием энергетической безопасности, требований к доходности и капиталовой дисциплине.
The article examines changes in the investment priorities of BP, Shell, TotalEnergies and Equinor in 2022–2026. The study proceeds from the assumption that the energy crisis and changing geopolitical conditions did not eliminate long-term decarbonization goals but substantially altered corporate capital allocation. Using annual reports, strategic documents and investor materials, the paper compares capital expenditure, oil and gas and LNG investment, low-carbon spending, production targets and climate commitments. The findings indicate that the strengthening of the hydrocarbon component followed different paths: from the most pronounced strategic reorientation at BP to the balanced multi-energy model of TotalEnergies. Shell pursued a selective concentration on the most commercially attractive segments, especially LNG, while Equinor revised its renewable ambitions and retained power as a strategic business. The article concludes that post-2022 changes are better described as a rebalancing of investment priorities than as a complete retreat from the energy transition, driven by energy security, returns and capital discipline.