В статье исследуется профилактическая деятельность следователя как самостоятельное направление уголовно-процессуальной деятельности. Цель работы – выявление недостатков правового регулирования полномочий следователя по предупреждению преступлений и определение способов их устранения. Методологическую основу составили системно-структурный, функциональный, формально-юридический, сравнительно-правовой и статистический методы, а также метод юридического прогнозирования. Установлено, что отсутствие четко определенных форм, пределов и порядка профилактического воздействия придает соответствующей деятельности фрагментарный и преимущественно формальный характер. Обосновано, что профилактические полномочия следователя образуют систему, классифицируемую по функциональному назначению и по степени процессуальной самостоятельности. Процессуальная самостоятельность следователя в профилактической сфере носит относительный характер и предполагает баланс между самостоятельностью при принятии решений и мотивированным ведомственным, прокурорским и судебным контролем. Предложено дополнить ч. 1 ст. 38 УПК РФ указанием на предупреждение преступлений как направление деятельности следователя, изложить ч. 2 ст. 158 УПК РФ в императивной конструкции, установить требования к содержанию представления и ответа на него, а также дополнить ст. 39 УПК РФ требованием мотивированности письменных указаний руководителя следственного органа.
The article examines the preventive activity of the investigator as an independent area of criminal procedure activity. The purpose of the work is to identify shortcomings in the legal regulation of the investigator’s powers to prevent crimes and to determine ways to eliminate them. The methodological basis comprised systemic-structural, functional, formal-legal, comparative-legal, and statistical methods, as well as the method of legal forecasting. It is established that the absence of clearly defined forms, limits, and procedure for preventive influence makes the relevant activity fragmentary and predominantly formal. It is substantiated that the investigator’s preventive powers form a system classified by functional purpose and by degree of procedural independence. The investigator’s procedural independence in the preventive sphere is relative and presupposes a balance between independence in decision-making and reasoned departmental, prosecutorial, and judicial control. It is proposed to supplement Part 1 of Article 38 of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation with an indication of crime prevention as an area of the investigator’s activity, to set out Part 2 of Article 158 of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation in an imperative construction, to establish requirements for the content of the representation and the response to it, and also to supplement Article 39 of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation with a requirement that written instructions of the head of the investigative body be reasoned.