Актуальность: феномен экспоненциально наращиваемого потенциала информационного общества XXI века, практическое воплощение которого находит свое выражение в достижениях нового технологического уклада, наиболее ярко проявляющегося в создании цифрового мира, предопределяет необходимость правового регулирования общественных отношений, обусловленных процессом цифровой трансформации общества и государства. Принятие, в этой связи, множества нормативных правовых актов, действие которых направлено на регламентацию отдельных сторон цифрового взаимодействия между различными его акторами, способствует появлению различных правовых источников, обилие которых создает определенные проблемы для перевода цифровой среды из серой зоны правовой неопределенности в упорядоченную систему координат рыночных отношений. Размывая границы между физическим и цифровым мирами, цифровая среда в состоянии порождать реальные последствия для отдельных физических и юридических лиц, с точки зрения их общения, совершаемых действий и соблюдения этических норм. Отмеченное свидетельствует в пользу актуальности изучения имеющегося опыта кодификации как одной из определяющих черт большинства юрисдикций гражданского права и специального рассмотрения отдельных кодификационных актов, содержащих гармонизированные и взаимосвязанные нормы, контекст которых направлен на правовое регулирование цифровых вариаций общения, действий и транзакций, а также на противодействие различного рода преступлениям, совершаемым в цифровой среде. Цель: выявить сущностные особенности государственно-правового функционала кодификации цифрового законодательства в ряде зарубежных стран, представив при этом принимаемые на национальном уровне цифровые Кодексы не как абстрактные нормативные правовые акты, а как необходимый инструмент для полноценного запуска процесса цифровизации современных общества и государства. Методы: в основу проведенного исследования положен ряд общенаучных методов (анализ, синтез, индукция и дедукция), а также применены специальные методы (сравнительно-правовой и формально-юридический) и познавательные методы эвристики, аксиологии и метод контент-анализа. Результаты: в публикации проведено обоснование кодификации цифрового законодательства, процесс которой корреспондирует общему замыслу цифровой трансформации общества XXI века и современного государства. Кроме того, авторами представлен сравнительный анализ двух первых в мире Цифровых кодексов, принятых в Кыргызской Республике (2025 год) и Республике Казахстан (2026 год), в части выявления сущностных положений, связанных с правовым регулированием общественных отношений в цифровой среде. Выводы и заключения: материалы представленной публикации свидетельствуют: во-первых, о востребованности кодификации цифрового законодательства, как условия повышения уровня защищенности общества, государства и личности от цифровых угроз современного мира; во-вторых, о необходимости осмысления и учета первого в мире опыта принятия Цифровых кодексов в двух государствах Центральной Азии.
Relevance. The exponentially expanding potential of the 21st-century information society, whose practical embodiment is reflected in the achievements of the new technological order, most clearly manifested in the creation of the digital world, necessitates the legal regulation of social relations arising from the digital transformation of society and the state. The adoption of numerous regulatory legal acts aimed at regulating individual aspects of digital interactions between various actors contributes to the emergence of various legal sources, the abundance of which poses challenges for transforming the digital environment from a gray zone of legal uncertainty into an orderly system of market relations. By blurring the boundaries between the physical and digital worlds, the digital environment has the potential to generate real consequences for individuals and legal entities, in terms of their communications, actions, and ethical compliance. The above points to the relevance of studying existing codification practices as one of the defining characteristics of most civil law jurisdictions and specifically examining individual codification acts containing harmonized and interrelated norms, the context of which is aimed at legally regulating digital variations of communication, actions, and transactions, as well as combating various types of crimes committed in the digital environment. Objective: To identify the essential features of the state and legal functionality of digital legislation codification in a number of foreign countries, while presenting digital codes adopted at the national level not as abstract normative legal acts, but as a necessary tool for fully launching the digitalization process of modern society and the state. Methods: The study is based on a number of general scientific methods (analysis, synthesis, induction, and deduction), as well as special methods (comparative legal and formal legal), and cognitive methods of heuristics, axiology, and content analysis. Results: The publication provides a rationale for the codification of digital legislation, a process that aligns with the overall vision of the digital transformation of 21st-century society and the modern state. Furthermore, the authors present a comparative analysis of the world's first two Digital Codes, adopted in the Kyrgyz Republic (2025) and the Republic of Kazakhstan (2026), identifying key provisions related to the legal regulation of public relations in the digital environment. Conclusions: The materials of this publication demonstrate, firstly, the demand for the codification of digital legislation as a condition for increasing the level of protection of society, the state, and individuals from digital threats in the modern world; secondly, the need to understand and take into account the world's first experience of adopting Digital Codes in two Central Asian states.